Петроградский период (1917-1921)

16 (29) мая 1917 г. приступила к работе учрежденная на основе постановления Временного правительства Книжная палата – первое в мире государственное учреждение, созданное специально для регистрации произведений печати. У ее истоков стояли А. А. Шахматов, С. Ф. Ольденбург, С. А. Венгеров, П. Е. Щеголев, В. И. Срезневский, Б. Л. Модзалевский, Э. А. Вольтер, А. Д. Торопов, Б. П. Гущин, В. И. Чарнолуский, А. М. Ловягин, Е. А. Гейнц, И. А. Кубасов и др.

На пост директора Книжной палаты в Петрограде было несколько кандидатур, но выбор пал на С. А. Венгерова «как на наиболее заслуженного научного и литературного деятеля, пользовавшегося наибольшей общественной популярностью и имевшего прекрасную общественную репутацию старого убежденного и стойкого социалиста, неоднократно подвергавшегося преследованиям при самодержавном режиме».

23 мая (5 июня) 1917 г. был утвержден «Наказ Книжной палате», в соответствии с которым руководство работой Палаты осуществлялось Президиумом, состоящим из директора и заведующих отделами, а в «целях содействия полноте научной работы Книжной палаты и поддержания ее на должной высоте» учреждается Совет.

На первом заседании Совета Палаты 12 (25) июля 1917 г. был утвержден состав Совета, избраны его председатель (С. Ф. Ольденбург), товарищ председателя (М. А. Дьяконов) и секретарь (А. Г. Фомин), определены порядок его работы, функции и обязанности.

Однако, несмотря на энергию С. А. Венгерова, сложное революционное время не позволяло организовать работу должным образом. Регистрация вновь выходящих документов была временно приостановлена (последний номер «Книжной летописи» вышел 18 ноября 1917 года).

После Октябрьской революции сотрудникам Российской книжной палаты (РКП) во главе с директором С.А. Венгеровым было предложено возобновить свою работу по выпуску «Книжной летописи». Однако многие из них были против советской власти и требовали признать автономность палаты от государства. 

Это, а также сложившаяся ситуация в стране привели к тому, что тогдашний нарком просвещения А. В. Луначарский добился передачи в начале 1918 года РКП из Наркомата внутренних дел в подчинении Наркомпроса (Народного комиссариата просвещения).

Вскоре С. А. Венгеров, как директор РКП, подписал обращение ко всем издателям и типографиям с просьбой о присылке обязательного экземпляра в Книжную палату. В поддержку РКП в феврале 1918 года А. В. Луначарский издал декрет об обязательном экземпляре – одним из первых законодательных актов, касающихся библиографической деятельности. Однако, несмотря на все усилия, на то, что РКП имела отделения в 25 городах России, наладить полный сбор обязательного экземпляра и издание на его основе «Книжной летописи» не удалось. 

Сложная обстановка в стране и начавшаяся гражданская война были причиной того, что декрет не выполнялся. 

В РКП поступало приблизительно ¼ часть всех выходивших в стране изданий.

Отсюда недостатки «Книжной летописи» этого периода, а именно:
• Неполнота учета документов,
• Нерегулярность выхода (в 1918 – 1919 гг. опоздание составляло полгода, а в 1920 г. издание «Книжной летописи» было прекращено).

Катастрофическое положение государственной библиографии потребовало срочных мер со стороны правительства.

В июне 1920 года Советское правительство (Совнарком) принимает декрет «О передаче библиографического дела в стране Народному комиссариату просвещения», подписанный В. И. Лениным. 

Этим государственным актом:
• признавалось, что библиографическая работа имеет государственное значение;
• отмечалась необходимость обязательной регистрации всех вновь выходящих изданий;
• отмечалась необходимость обеспечения обязательным экземпляром всех крупнейших книгохранилищ страны.

На основании этого декрета в августе 1920 года Наркомпрос принимает постановление «Об обязательной регистрации произведений печати».  По-существу это был советский закон об обязательной экземпляре. Однако ни декрет, ни постановление существенно не изменили положение дел, так как в это время функции РКП были достаточно широки.

Книжная палата вела работу по следующим направлениям:
• регистрация всех вновь выходящих документов и выпуск «Книжной летописи»;
• составление репертуара русских книг;
• формирование государственного архивного фонда книг;
• составление библиографических пособий по разным темам. 

Выполнению основной функции, то есть государственной регистрации, мешало также то, что в состав РКП входили:
• Литературно-библиографический институт, который собирал архив С. А. Венгерова;
• Бюро международной библиографии по естествознанию и математике АН;
• Комиссия «Наука в России». 

Положение РКП осложнялось также тем, что в 1920 году, в связи с гражданской войной, все государственные учреждения были переведены из Петрограда в Москву. Директор РКП С. А. Венгеров от переезда отказался.

Тогда было решено оставить РКП в Петрограде с тем, чтобы она продолжала вести работ по всем направлениям, кроме регистрации новых документов и выпуска «Книжной летописи».

В Москве для ведения государственной регистрации была создана Российская Центральная книжная палата (РЦКП).

Некоторое время палаты функционировали параллельно, но вскоре РКП была реорганизована в НИИ книговедения, который просуществовал до середины 30-х годов (1920 – 1933).

Образованный после создания в Москве на базе Петроградской книжной палаты Институт книговедения предполагал в числе прочего в больших масштабах вести работы по библиографированию периодических изданий. Специально этому вопросу было посвящено 161-е заседание Президиума Книжной палаты от 22 октября 1920 г. Рассматривался план работ отдела описания повременных изданий, предполагалось: 

1) продолжить труд Н. М. Лисовского; 
2) восполнить пробелы в «Книжной летописи» в части повременных изданий за 1917 - 1919 гг.; 
3) подготовить описание периодики за 1920 г.; 
4) вести библиографирование, т. е. роспись содержания журналов за 1913 - 1917 гг., тем самым продолжив картотеку С. А. Венгерова и Н. М. Лисовского; 
5) вести роспись журналов за 1920 и последующие годы.

15 декабря 1920 г. на специальном совещании, посвященном размежеванию функций Центральной книжной палаты и Института книговедения, за  Институтом книговедения среди прочих были закреплены функции в части ретроспективного учета периодики: «Библиографирование и статистика периодической печати с 1703 по 1920 г. включительно». Тем же постановлением Институту книговедения была предоставлена возможность библиографирования периодики и 1921 года.